Очерки истории
Очерки истории XVIII в.
Рубрика 'Очерки истории'
Из историков XIX в. много занимался изучаемым периодом С. М. Соловьев. Он довел свою «Историю России с древнейших времен» до кануна восстания крестьян под руководством Е. И. Пугачева. Заслугой Соловьева является введение в научный оборот архивных источников, в особенности по истории внешней политики. Но последние томы этого труда все более превращались в погодный летописного характера рассказ, где историк, подавленный обилием материала и подробностями событий, отказался от каких-либо выводов обобщающего характера. Ему свойственна также идеализация императриц Елизаветы и Екатерины И. С. М. Соловьев не нашел себе преемника в изучении истории России XVIII в. Его ученик В. О. Ключевский менее всего занимался этИхМ периодом. Недаром в своей статье о С. М. Соловьеве он должен был признать, что история XVIII в. остается еще в «научной полутьме» !. Основным фактором этого времени Ключевский считал «дворяновластие», которое неправильно относил только к XVIIJ в.
Дворянство, по мнению В. О. Ключевского, стало правящим сословием лишь в результате дворцовых переворотов. Ключевский не остановился на успехах промышленности и торговли этого периода, он игнорировал также явления классовой борьбы 2.
Преимущественно политической историей интересовался и В. А. Биль-басов.
В его «Истории имп. Екатерины II» 3 собран большой документальный материал, однако в ней нет широких выводов и не затронуты социально-экономические явления. В центре внимания автора — личность Екатерины II и ее борьба за власть.
Для буржуазной историографии наиболее характерны работы по изучению государственных учреждений и государственных финансов второй половины XVIII в. (труды А. Д. Градовского, В. Г. Щеглова, И. И. Дитя-тина, М. А. Коркунова, В. И. Веретенникова и др.4). В обширной «Истории Сената», под ред. С. Ф. Платонова, с участием А. Н. Филиппова и А. Е. Преснякова, история высшего учреждения России излагается по царствованиям, в отрыве от социально-экономического развития страны. В ней освещены структура Сената и его департаментов, судебные функции и участие Сената в законодательстве 5. Даже Городовое положение и губернскую реформу буржуазные историки изучали вне истории хозяйства и классовой борьбы; их внимание привлекали преимущественно состав посадского населения и историко-юридическая сторона Городового положения, Учреждений о губерниях и т. п. !. Уложенная комиссия 1767 г. привлекала внимание буржуазных историков, но также изучена недостаточно. Кроме ряда журнальных статей о наказах, можно отметить историко-юри-дическую работу В. Н. Латкина и исследование А. В. Флоровского о составе Комиссии. В работе Флоровского организация выборов поставлена в связь с юридическим положением сословий в стране, что соответствовало установкам школы Ключевского. А. В. Флоровскому принадлежит также книга о прениях в Комиссии по крестьянскому вопросу2. Г. А. Максимович написал книгу о выборах и наказах на Украине.
read comments (0)
Авторы исследований по истории внешней политики второй половины XVIII в. (И. Н. Бантыш-Каменский, В. И. Григорович, В. П. Безобразов, Ф. Ф. Мартене) давали обзор дипломатических переговоров с анализом статей договоров, Н. Д. Чечулин ставил своей задачей также прославление Екатерины II как дипломата3. В своем труде по истории русско-австрийского союза в годы Семилетней войны Е. Н. Щепкин 4 на основе большого и ценного архивного материала пытался применить, как он сообщает «интенсивные приемы» исследования, выразившиеся, впрочем, лишь в подробном изложении дипломатических переговоров.
Более полно разработана история войн, русской армии и военного искусства (Д. Ф. Масловский, Г. А. Леер, А. Н. Петров, Н. П. Михневич и др.). Кроме отдельных монографий и курсов, издана общая история русской армии и флота 5. И эти работы, ценные своим систематизированным материалом, отличаются отрывом от социально-экономической истории, к тому же для них характерна идеализация исторического прошлого. В изучении военного искусства А. В. Суворова после крупного труда Д. А. Милютина 6 следует назвать большую сводную биографию великого полководца, написанную А. Ф. Петрушевским 7.
Проблемы экономической и социальной истории второй половины XVIII в. менее привлекали внимание буржуазных историков. Особняком стоят труды либерального народника В. И. Семевского по истории крестьянства и крестьянского вопроса в XVIII в. По своему обширному материалу они сохраняют значение до сих пор. Историк-народник останавливался преимущественно на выяснении различных разрядов крестьян и истории их закрепощения, на злоупотреблениях помещиков и на отдельных крестьянских волнениях. В меньшей степени интересовали Семевского вопросы крестьянского хозяйства; он собрал ценный материал о распространении барщины и оброка, но вместе с тем подчеркивал спасительное будто бы для крестьянства значение поземельной общины. Буржуазный историк А. Лазаревский показал роль украинских феодалов в закрепощении крестьян на Украине 1. Истории господствующего класса — дворянства посвящены работы А. В. Романовича-Славатинского и С. А. Корфа, в которых прослежены главным образом юридическое положение и привилегии правящего сословия 2.
По истории промышленности и торговли следует упомянуть обширный обзор соответствующего законодательства и мероприятий правительства в книге А. А. Семенова, а также отметить работу В. И. Покровского 3.
Некоторый поворот к более пристальному изучению экономической истории обнаруживается в самом конце XIX в. К этому времени относится работа «легального марксиста» М. И. Туган-Барановского «Русская фабрика в прошлом и настоящем». Автор, сумевший систематизировать большой материал, развивал ложную теорию «торгового капитализма». Н. Д. Чечулин изучал историю русских финансов — развитие русского бюджета, образование государственного долга и возникновение бумажноденежного обращения. Вместе с тем этот автор утверждал, будто в течение всего XVIII в. хозяйственное развитие России стояло на одном уровне. Представление об экономической отсталости России этого периода у Н. Д. Чечулина чрезмерно преувеличено.
История классовой борьбы освещалась авторами с точки зрения интересов господствующего класса. Величайшей в истории России Крестьянской войне 1773—1775 гг. под руководством Е. И. Пугачева посвящена трехтомная работа академика Н. Ф. Дубровина. В ней использован большой архивный материал, изложен ход войны, но внимание автора главным образом привлекала история подавления восстания царскими генералами; к восставшему крестьянству и его вождям отношение автора резко враждебно. Теми же чертами отличается книга А. И. Дмитриева-Мамонова о крестьянском восстании в Приуралье и Сибири *.
В области истории культуры можно отметить изучение истории Академии наук и биографии М. В. Ломоносова (П. П. Пекарский, П. С. Би-лярский). Работа над научными рукописями М. В. Ломоносова, начатая Б. Н. Меншуткиным, была завершена им после Великой Октябрьской социалистической революции. Масонство и в связи с ним деятельность Н. И. Новикова также привлекали известное внимание (А. И. Незеленов, В. И. Ламапский, В. П. Семенников). Явное непонимание проявили буржуазные ученые в отношении А. Н. Радищева, изображая его не революционером, а лишь либералом, последователем идей екатерининского Наказа (Н. П. Павлов-Сильванский) 2.
Таким образом, в буржуазной историографии разрабатывались политическая история XVIII в., история государства, правительственных мероприятий и местного управления, военного дела, в меньшей степени — история крестьянства, хозяйства и общественной мысли. Работы эти могут быть полезны преимущественно со стороны собранного в них материала.
В исторической литературе и публицистике XIX и начала XX в. вместе с тем необходимо выделить труды передовых писателей, значительно продвинувших понимание истории России за изучаемый период. «История Пугачева» А. С. Пушкина (1834), изданная во время жесточайшей реакции в царствование Николая I, представляет собою первую монографию на данную тему. Эта книга, составляющая исключительную заслугу великого поэта, навлекла на него ненависть реакционеров. Пушкин пытался привлечь внимание к Радищеву, но его две статьи не были пропущены цензурой. В «Заметках по русской истории», не напечатанных при жизни поэта, Пушкин ставит в вину Екатерине II то, что она «раздарила около миллиона государственных крестьян (т. е. свободных хлебопашцев) и закрепостила вольную Малороссию и польские провинции». В царствовании Екатерины II он видел «деспотизм под личиной кротости и терпимости, народ, угнетенный наместниками». Поэт упрекал Екатерину II в заточении Новикова и в ссылке Радищева. Он подчеркивал лицемерие «Наказа», называл Уложенную комиссию «непристойно разыгранным» фарсом, а Екатерину II — «Тартюфом в юбке и в короне», заслужившим лишь «проклятие России».
Переворот в исторической науке, произведенный марксизмом-ленинизмом, устранил, как отмечал В. И. Ленин, два коренных недостатка буржуазной историографии. Буржуазные историки, во-первых, «...рассматривали лишь идейные мотивы исторической деятельности людей..., не улавливая объективной закономерности в развитии системы общественных отношений», не видели «...корней этих отношений в степени развития материального производства...» 5 и, во-вторых, не имели в виду изучения истории народных масс. Классики марксизма-ленинизма поставили перед наукой задачу изучения истории трудящихся, изучения смены общественно-экономических формаций, освещения тех изменений, которые происходили в базисе и, в зависимости от них, в надстроечных явлениях. В. И. Ленин дал глубокий анализ крепостного и капиталистического хозяйства в своем исследовании «Развитие капитализма в России», где в ряде мест останавливается на истории нашей страны в XVIII в. В. И. Ленин отметил рост уральской металлургии в этот период, анализировал барщинное хозяйство, выявил особенности «оригинальной организации» промышленности, основанной на крепостном труде.Указания классиков марксизма-ленинизма положены в основу работ советских ученых по изучению истории нашей Родины второй половины XVIII в. На первый план выдвинуты новые проблемы —- изучение развития производительных сил, производственных отношений, классовой борьбы, героического военного прошлого России.
Эти задачи нашли свое отражение, в публикации документов. Для освещения истории промышленности имеет значение издание документов по истории крупнейшей суконной мануфактуры XVIII в. К Новый материал по истории мелкого производства в промышленных селах, как, например, Иваново, а также в Москве, собран в «Материалах по истории крестьянской промышленности XVIII и первой половины XIX в.» 2.
Для понимания классовой борьбы в XVIII в. важное значение имеет издание материалов по Крестьянской войне 1773—1775 гг., включающих манифесты Пугачева, архив Военной коллегии восставших, документы о движении на уральских заводах и в приволжском крепостном районе 3. Рядом с ним надо поставить издание материалов о восстаниях крестьян в начале 50-х годов в Калужском и Малоярославецком уездах; эти восстания связаны с историей мануфактур Н. Демидова и А. Гончарова 4.
По истории внешней политики следует отметить публикацию донесений русского посла в Париже во время французской революции И. М. Си-молина, содействовавшего побегу короля 5. Заслугой советских историков является систематическое издание документов о деятельности великих полководцев А. В. Суворова, П. А. Румянцева, флотоводцев Г. А. Спи-ридова, Ф: Ф. Ушакова; издан ценный сборник документов о Семилетней войне 6.
Новое академическое издание сочинений М. В. Ломоносова включает неизвестные его произведения и позволяет с наибольшей полнотой осветить деятельность величайшего русского ученого. Внимание советских историков привлекают русские географические открытия; следует отметить сборник «Русские географические открытия на Тихом океане» под редакцией А. И. Андреева
Новые точки зрения и оценки отразились в советской монографической литературе. На исторической литературе первых лет революции еще сказывалось влияние буржуазной историографии: особенно это следует отметить в работах представителей экономического материализма — М. Н. Покровского, Н. А. Рожкова и др. «История русской общественной мысли» Г. В. Плеханова имела большое значение: в ней освещена передовая общественная мысль второй половины XVIII в.— отдельные выступления в Уложенной комиссии, деятельность Д. И. Фонвизина и И. А. Крылова. Плеханов подчеркивал революционный характер «Путешествия» Радищева. Но вместе с тем он отрицал прогрессивный характер восстания Е. И. Пугачева, считая, что оно смотрело не вперед, а назад3. В этом отразились меньшевистские ошибки Плеханова, непонимание им роли крестьянских масс и стихийных крестьянских восстаний, носивших антифеодальный характер.
М. Н. Покровский подвергал заслуженной критике буржуазных историков. Однако он неправильно говорил о «дворянском капитализме». В восстании под руководством Пугачева М. Н. Покровский ошибочно видел раннюю буржуазную революцию; в том, что в восстании участвовали заводские крепостные крестьяне, он усматривал «смычку» рабочих и крестьян, утверждал, будто восстание было «рабоче-крестьянским» по своему характеру4. Исходя из теории «торгового капитализма», Покровский рассматривал войны России XVIII в. лишь как проявление торгового капитала во внешней политике. Его трактовка разделов Польши лишена классовой характеристики, он не учитывал роли польской шляхты в создании тех условий, которые привели к разделам5.сложный и противоречивый процесс социально-экономического развития России в XVIII в.
Анализ действия экономического закона обязательного соответствия производственных отношений характеру производительных сил побуждает советских историков тщательно изучать изменения в сельском хозяйстве и промышленной технике, явления перерастания мелкого товарного производства в мануфактуру.
Академия наук СССР выпустила первый сборник «Материалов по истории земледелия СССР», включающий исследовательские статьи о сельском хозяйстве и русской агрономии в XVIII в. *. Для истории феодального сельского хозяйства крупное значение имеет исследование академика Б. Д. Грекова о сдвигах в деревне черноземной полосы, прослеженных им по хозяйственным анкетам 60-х годов XVIII в.2. Крепостное хозяйство этой полосы уже перестраивалось в расчете на расширявшийся хлебный рынок. Истории оброчной деревни посвящен труд К. Н. Щепетова 3. История сельского хозяйства этого времени рассматривается и в ряде других работ советских историков 4.
Изучению форм прохмышленности XVIII в. посвящены «Очерки по истории русской промышленности XVIII и начала XIX в.» П. Г. Любоми-рова. Не будучи марксистом, он не мог полностью вскрыть процесс возникновения мануфактуры из мелкого производства, которое он еще обозначал ненаучным термином «кустарная промышленность», но в его исследовании ценно выявление централизованного характера мануфактуры в XVIII в.5. В работах С. Г. Струмилина, В. В. Данилевского, Д. Кашин-цева, Б. Б. Кафенгауза и других историков показан высокий уровень развития горной промышленности6. В этих монографиях авторы исходят изположения В. И. Ленина о высшем процветании Урала и господстве его не только в России, но отчасти и в Европе XVIII в. Впервые освещено возникновение крупной ситценабивной промышленности в XVIII в. и развитие легкой промышленности вообще (Н. Н. Дмитриев, Д. С. Бабурин). Переход от мелкого производства к крупному в текстильном производстве прослежен И. В. Мешалиным путем изучения крестьянского производства в Московской губ. в XVIII—XIX вв. *. История «предпролетариата» XVIII в., его численность и условия труда исследованы в работах А. М. Панкратовой, К. А. Пажитнова, Ю. И. Гессена, А. Г. Рашипа2. Истории мелкой промышленности посвящены работы И. В. Мешалина и книга К. А. Пажитнова3, изучившего цеховую организацию ремесла в XVIII—XIX вв. Отмеченные здесь монографии составляют лишь часть большой работы советских историков по исследованию истории промышленности и рабочего класса.
Вопрос о социально-экономической природе промышленности XVIII в., который входит в проблему генезиса капиталистических отношений в России, подвергался оживленному обсуждению в отдельных работах и дискуссионных статьях. С. Г. Струмилин в труде по истории черной металлургии (1954) подчеркивает капиталистические элементы в русской промышленности, показывает «полуфеодальный» и «иолукапиталистический» ее характер.
А. М. Панкратова отмечает, что, наряду с мануфактурами на крепостном труде, в XVIII в. «возникали крестьянские и купеческие мануфактуры, связанные с формирующимся капиталистическим способом производства». Ощущавшийся недостаток рабочей силы для мануфактур был одним из проявлений уже определившегося несоответствия в развитии производительных сил и производственных отношений. Мануфактура с крепостным рабочим представляла собой внутреннее противоречивое явление, особенно ярко отражавшее несоответствие между уровнем развития производительных сил и крепостническими производственными отношениями. Переходя к вопросам государственного устройства России второй половины XVIII в., надо отметить недостаточность исследования их советской историографией. Вопрос о «просвещенном абсолютизме», а также изменения в государственном аппарате и политическая борьба внутри правящего класса, дворцовые перевороты и т. п. освещаются главным образом в учебниках и в общих журнальных статьях. Некоторое внимание привлекала Законодательная комиссия 1767 г., однако и в этом отношении имеются лишь небольшие работы на частные темы 1. Следует отметить исследование Ю. В. Готье по истории областных учреждений в середине XVIII в., в котором выявлен классовый дворянский характер местных учреждений2. Проблема абсолютизма XVIII в. затронута в книге Я. Я. Зутиса «Остзейский вопрос в XVIII в.» 3.
Внимательно изучают советские историки вопросы внешней политики и военного искусства во второй половине XVIII в. «История дипломатии» 4 дала толчок к исследованиям по истории дипломатии и внешней политики России этого периода, разоблачению контрреволюционной роли царизма в годы французской буржуазной революции5. Успехи внешней политики в результате русско-турецких войн освещены в монографии Е. И. Дружининой о Кючук-Кайнарджийском мире; в этой работе отчетливо показаны высокие качества русской дипломатии того времени.
Советские историки разрабатывают теоретическое и практическое наследие выдающихся русских полководцев и флотоводцев М. И. Кутузова, А. В. Суворова, П. А. Румянцева, Ф. Ф. Ушакова, Г. А. Спиридова и др. 1 В исследовании Н. М. Коробкова о Семилетней войне выявлено превосходство русского военного искусства над западноевропейским и, вместе с тем, вскрыта продажность некоторых иностранцев, пробравшихся на командные посты в русской армии 2. Военное искусство П. А. Румянцева, незаслуженно оставленное в тени буржуазными историками, также нашло свое новое освещение в работах советских историков (Ю. Р. Клокман и др.). Героическое прошлое русского флота, русская экспедиция в Средиземное море и Чесменский бой изучены академиком Е. В. Тарле и др. 3.
Достижением советской исторической науки является пристальное изучение деятельности величайшего русского ученого М. В. Ломоносова. Его роль в развитии физики, химии, геологии, географии, техники, его общественно-политические и философские взгляды нашли новое освещение. В результате выявлено значение великого русского ученого в ряде открытий, в том числе в установлении закона сохранения энергии, вскрыт материалистический характер его естественноисторических взглядов4. Для истории русской техники и науки за этот период большое значение имеет изучение великого изобретения И. И. Ползунова, установление его приоритета в изобретении первой паровой машины (В. В. Данилевский).
В отношении истории общественно-политической мысли XVIII в. особенно важны результаты, достигнутые в изучении творчества А. Н. Радищева. Вместо либерала и постепеновца, каким изображала Радищева буржуазная историография, советские ученые показали во весь рост великого писателя-революционера, призывавшего к крестьянской революции5. Советская наука выяснила прогрессивные воззрения мыслителей, остававшихся прежде в тени,— Я. П. Козельского, С. Е. Десницкого и др.
Внимательно изучается русский фольклор, выявлен передовой революционный его характер (песни о Е. Пугачеве, «Плач холопов» и др.). Обобщающая история русской литературы за этот период дана в «Истории русской литературы» и в «Истории русской литературы XVIII в.»Д. Д. Благого *. Надо отметить большую исследовательскую работу по истории русского театра и музыкальной культуры XVIII в., изучение деятельности таких выдающихся актеров, как крепостная актриса П. И. Жемчугова 2.
Изданы материалы о жизни Ф. Г. Волкова и о создании им театра; эти вопросы нашли отражение также в исследовательской литературе. Ценный вклад в историю искусства этого периода внесло изучение творчества В. И. Баженова, М. Ф. Казакова и других зодчих. Так же внимательно изучаются портретная скульптура Ф. Шубина, блестящее портретное творчество Д. Г. Левицкого, пейзажная живопись и др. 3.
Советская историческая наука уделяет большое внимание истории народов СССР. Разработкой этого вопроса занимаются в специальных институтах академий наук союзных республик и в научно-исследовательских институтах автономных республик и областей. На базе опубликованных документов, исследованных архивных фондов и монографий по отдельным вопросам созданы обобщающие марксистские труды по истории народов СССР: «История Украинской ССР», «История Эстонской ССР» и др.
Для истории СССР второй половины XVIII в. особенно важна проблема развития экономических, политических и культурных связей народов национальных окраин с русским народом.
Во второй половине тома даны краткие очерки истории отдельных народов СССР. Однако не все стороны развития нерусских народов, ныне входящих в СССР рассмотрены в настоящее время с достаточной широтой и глубиной. Поэтому в данном издании не было возможности надлежащим образом осветить такие вопросы, как, например, классовая борьба в Белоруссии или Средней Азии во второй половине XVIII в., связь классовой борьбы белорусского и латвийского крестьянства с борьбой русского крестьянства, развитие культуры некоторых народов, особенно — не имевших в XVIII в. своей письменности.
Произведенный советскими историками пересмотр основных проблем исторического развития за XVIII в. позволил поставить вопрос о месте и значении изучаемого периода в истории нашей Родины. Переломный характер второй половины этого столетия, объясняющийся возникновением капиталистического уклада, исследован в научных работах и в дискуссии о периодизации истории СССР 4. Вторую половину этого столетия характеризует разложение крепостного строя как проявление несоответствия между производительными силами и производственными отношениями.
Советская историческая наука, таким образом, достигла известных успехов в разработке отдельных вопросов и в изучении объективных закономерностей процесса исторического развития нашей Родины в рассматриваемый период. Более подробное изучение социально-экономического развития позволило уточнить перидизацию истории России в XVIII в. В настоящем томе переломными моментами признаются 50-е годы и Крестьянская война 1773—1775 гг.; изложение доведено до начала 90-х годов XVIII в.
Сельское хозяйство, основное занятие большей части населения страны, развивалось в условиях феодально-крепостнического строя. Господствовала феодальная собственность на землю в форме дворянского землевладения; монастырское землевладение сохранялось лишь до секуляризации (в 60-х годах XVIII в.); на большей части остальных земель крестьяне были в зависимости от государства (черносошные крестьяне).
Немногим более половины сельского населения страны составляли помещичьи крепостные крестьяне, особенно многочисленные в центральных, экономически развитых губерниях и в районах с плодородными почвами. Крепостные отношения не получили развития в районах с суровым климатом, плохими почвами, в необжитых и малонаселенных местах — на севере страны, в северо-восточных уездах Вологодской губернии, на левобережье Волги, в Сибири и т. д. Слабое развитие крепостных отношений в некоторых районах определялось предшествующей историей и условиями заселения этих районов.
Феодальная собственность на землю и крепостная зависимость тормозили развитие сельского хозяйства. Это сказывалось в низкой технике, слабой распашке земель окраин, частых неурожаях и голодовках, постигавших и наиболее заселенные районы. На территории России преобладало трехпольное хозяйство, но на юге и на востоке страны, так же как и на севере, были распространены еще перелог и залежная система.
Значительное влияние на состояние сельского хозяйства имели почвенные и климатические условия. Ко второй половине XVIII в. наметились отличия в характере экономического развития отдельных районов, поэтому рассмотрение сельского хозяйства следует вести в порайонном разрезе.
Центрально-промышленный район условно может быть определен следующим образом: его западная и северная границы шли по линии, идущей от Брянска к Калуге и далее к северу, охватывая Тверь, Ярославль, Кострому, Галич; южная граница может быть проведена от Брянска южнее Тулы на Касимов, к Нижнему-Новгороду. На этом пространстве позднее разместились почти полностью девять губерний — Калужская, Московская, Тверская, Владимирская, Ярославская, Костромская, часть Нижегородской, Тульская, Рязанская.
Почвы Центрально-промышленного района по большей части малоплодородны, чернозем встречается редко. Ко второй половине XVIII в. на территории этого района сохранилось значительное количестве лесов. Так, в Московской губернии (в конце XVIII в.) леса занимали 47% всей площади; особенно богаты лесами были Дмитровский, Клинский и Коломенский уезды. В Калужской губернии, по данным 1785 г., леса занимали 51,2% всей площади. В заволжских уездах Нижегородской губернии леса покрывали большую часть земли, а Семеновский уезд на 3Д был занят лесами. Значительные лесные массивы были и в правобережных уездах Нижегородской губернии — Ардатовском, Лукояновском. Богата лесами была Костромская губерния, в отдельных уездах которой леса занимали от 7г до ZU территории и более.
Большие леса сохранились и во Владимерской губернии, где они занимали около ZU всей площади.
По данным третьей ревизии (1762—1766 гг.), в Центрально-промышленном, наиболее заселенном, районе проживало около 2750 тыс. душ м. п. В Московской и Нижегородской губерниях пахотные земли составляли 38% всей территории; в Калужской губернии под пашней было 41,7% территории, но во Владимирской губернии пашня занимала всего около 7б части всей территории.
Одним из условий, ограничивавших развитие сельского хозяйства Центрально-промышленного района, была низкая обеспеченность крестьян землей вообще и пахотной в особенности.
Почти 3Д населения Центрально-промышленного района являлось крепостными крестьянами. Преобладала оброчная система эксплуатации помещичьих крепостных крестьян. Однако в этом отношении Центрально-промышленпый район не был однороден. Тогда как в Костромской, Нижегородской, Ярославской и Калужской губерниях преобладал оброк, в Тверской губернии, по данным В. И. Семевского, оброчных крестьян было несколько меньше половины. Барщина господствовала в двух южных губерниях Центрально-промышленного района — Тульской (8% на оброке) и Рязанской (19% на оброке)